Архив за месяц: Сентябрь 2011

Недоступное жилье

Чиновники очень любят показательно заботиться о народе. Одной из любимых сфер для проявления заботы является так называемое «доступное жилье». В Екатеринбурге тема доступного жилья уже на протяжении долгого времени представлена идеей создания жилых районов эконом-класса на дальней городской периферии. Первой ласточкой стал поселок «Светлореченский», построенный в районе Широкая Речка, в котором получили жилье очередники и, по сообщениям администрации, цена квадратного метра там не превысила 30 тыс. рублей. Следующий проект, задуманный чиновниками для решения жилищного вопроса куда масштабнее. Это будет по сути небольшой город жилой площадью 600 тыс. квадратных метров в районе существующего поселка Медный. Будут построены таунхаусы и многквартирные 3-этажные дома. Администрация Екатеринбурга активно пиарит этот проект, а с некоторых пор к ней присоединилась и администрация Свердловской области, и даже некоторые федеральные чиновники. Сегодня, например, министр регионального развития Виктор Басаргин заявил, что в следующем году проект поселка Медный-2 может быть поддержан из федерального бюджета, и что такие проекты предполагается тиражировать по всей стране.

На первый взгляд кажется, что строительство таких поселков – хорошая идея. В чистом поле, на природе, новая инфраструктура, невысокая цена квадратного метра и т.д. и т.п. По словам Басаргина, ежемесячный платеж по ипотеке в Светлореченском не превышает 15 тыс. рублей. Звучит неплохо. Однако, ограничиваются ли обязательные платежи обитателей такого места одними лишь выплатами по ипотеке?

Чтобы за что-то платить, люди должны где-то работать. Большинство рабочих мест на сегодня сосредоточено в городе. То есть, чтобы работать, жители Медного должны будут каждый день ездить в город. Сам же район, судя по имеющейся информации, будет состоять в основном из жилых домов и там не будет большого количества рабочих мест. Как же жители будут добираться до города? Администрация города в лице председателя комитета по транспорту отвечает, что транспортное обслуживание жителей будет осуществляться автобусами, а транспортную доступность Медного улучшит Екатеринбургская кольцевая автодорога, которая пройдет по соседству. Общественный транспорт работает не слишком стабильно и в пределах города, поэтому было бы странно рассчитывать, что автобусы и маршрутки обеспечат надежную связь между городом и поселком, находящимся в 20 км от центра. Исходя из этого, каждый житель Медного старше 18 лет, не желающий быть изолированным, вынужден будет иметь автомобиль. То есть, мы говорим минимум об одном, а скорее всего о двух автомобилях на семью, если работают оба супруга. Добавляем 10 тысяч рублей к ежемесячным платежам – выплаты за два автомобиля эконом-класса. Плюс 2-3 тыс. рублей расходов на топливо на каждую машину, плюс их обслуживание, страховка и т.д. В итоге получается, что жизнь в так называемом доступном жилье – не сильно доступней жизни в обычном жилье в одном из существующих городских районов. Спрашивается, ради чего старались?

И это только финансовая сторона вопроса. Насколько счастливы будут люди, которые не по своей воле, но вынужденно, каждый день будут проводить несколько часов в машине? Или еще больше времени в автобусе или маршрутке? Ведь путь с работы и на работу зачастую изматывает больше, чем сама работа. Насколько счастливы будут дети этих людей, во всех своих передвижениях во внешний мир зависимые от того, отвезут их родители или нет?

Кроме того, объединение большого количества людей небольшого достатка и очередников в одном месте – затея очень рискованная с социальной точки зрения. В Европе и в Америке были предприняты попытки создания социальных жилых комплексов в большинстве своем они не оправдали ожиданий, а многие были просто снесены, так как власти отчаялись победить в них преступность. Достаточно нескольких «гнилых яблок» – хулиганов, наркоторговцев и т.п., чтобы целый дом или даже микрорайон пошел вразнос. Мы видели и видим это в советских спальных районах и нет никакой страховки от этого в новом малоэтажном спальнике, коим будет поселок Медный.

Подытоживая сказанное, – я не понимаю, почему нужно финансировать из областного и федерального правительства повторение ошибок Европы и Америки полувековой давности. Почему эти же деньги нельзя направить на улучшение и развитие существующих районов? Ведь мы так до сих пор и не смогли приблизить качество жизни в них к уровню городов в развитых странах, не проанализировали ошибки и не сделали выводов. Так почему мы считаем, что в чистом поле внезапно получится лучше? Если же власти хотят решить жилищный вопрос для незащищенных слоев населения, то не лучше ли обратиться к таким инструментам, которые позволят точечно включать этих людей в общество, живущее в обычных домах, а не концентрировать их в «экспериментальных» поселках?