К сегодняшнему Градсовету застройщик подготовил несколько новых решений, которых мы не видели ранее.

1. Здание уменьшилось на один этаж – вместо шести их стало пять.
2. Было предложено три новых варианта въезда в подземный паркинг со стороны проспекта Ленина – застройщик настаивает, что этот въезд должен быть.
3. Появились входы по углам здания и галереи, пересекающие первый этаж по диагоналям. Кроме того, три помещения со стороны ул. Вайнера и сквера получили выходы на улицу.

Представляли эти нововведения архитектор Владимир Громада и лично Игорь Завадовский.

Претензии и замечания

Большинство членов Градостроительного совета было настроено к проекту критически. Претензии можно объединить в несколько групп, которые, кстати, в значительной степени совпали с пунктами из моего перечня требований от 28 марта.

1. Паркинг и въезды в него

Как я уже сказал, застройщик представил три новых варианта въезда в подземный паркинг. Выглядят они так:

Первые два являются по сути попытками замаскировать более раннее неудачное решение, разрушающее целостность пешеходного пространства и подрывающее связность тротуара вдоль проспекта Ленина. Предполагается, что ради преодоления въезда в паркинг люди будут преодолевать лестницы или ходить по специальному мосту. И все это исключительно для того, чтобы сделать въезд именно в этом месте.

Третий вариант вроде бы решает вопрос движения пешеходов по тротуару вдоль Ленина, но при этом перекрывает пешеходный переход по оси улицы Вайнера и сам по себе выглядит довольно брутально.

Ни один из предложенных вариантов въезда в паркинг симпатий у членов совета не вызвал, как и вообще идея въезда в паркинг с Ленина. Более того многие высказались против устройства паркинга под зданием, как такового – с учетом того, что этот участок обслуживается практически всеми видами общественного транспорта, а также с учетом планируемого строительства паркинга в переулке Банковском.

Я тоже придерживаюсь этой точки зрения. Какое-то количество паркингов в центре должно быть, но подходить к их планированию нужно очень осторожно – с пониманием того, что каждое парковочное место является приглашением приехать для 2-3 машин в день. И уж тем более не нужно упираться в паркинг, устройство которого подразумевает такие сомнительные аттракционы с общественным пространством, как те, что мы видим на картинках.

Использование подземного пространства под торговлю, кстати, может позволить застройщику соблюсти другие рекомендации Градсовета и при этом не подорвать экономическую целесообразность проекта.

2. Архитектурное решение

Поскольку в Градостроительный совет входят в основном архитекторы, основной огонь критики был направлен на архитектурное решение здания: от перенасыщенности деталями и непонятного стиля до общего объемно-композиционного решения. Не буду тут вдаваться в детали: если интересно, это действительно лучше слышать и смотреть в оригинале. Скажу только, что большинство участников заседания высказалось за доработку фасадного и объемного решений.

Я со своей стороны высказался за то, чтобы в процессе этой доработки оттолкнуться от специфики средовой застройки вокруг «Пассажа», а не от архитектуры здания мэрии. А именно: сделать более акцентированными первые два этажа и более лаконичными – этажи выше. Это позволит создать более человечный масштаб пространства на уровне земли и подчеркнуть достоинства сохраняемых фасадов исторического здания, которые в нынешнем варианте проекта смотрятся не как что-то ценное, а как некий компромисс, на который застройщик пошел, чтобы соблюсти юридические формальности.

3. Функции первого этажа

Участники совета в основном положительно оценили диагональные галереи в уровне первого этажа и входы по углам здания. Соответствующее предложение делал Вяткин на Транспортном совете. Было предложено совсем отказаться от центрального входа, который при наличии входов по углам, теряет смысл.

Также были предложения сделать здание более открытым общественному пространству вокруг. Шаги в этом направлении застройщик сделал, предусмотрев входы в несколько помещений под кафе со стороны ул. Вайнера и сквера. На мой взгляд, это решение должно быть применено ко всем помещениям первого этажа.

4. Размеры

У многих участников заседания вопросы вызвали размеры здания. Были высказаны пожелания уменьшить пятно застройки со стороны сквера и улицы Вайнера.

Кстати, Вадим Дынин, также присутствовавший на заседании, напомнил собравшимся, что перевод части сквера в территорию под застройки в данное время оспаривается в Уставном суде.

5. Сквер

Было отмечено, что предложенный вариант реконструкции сквера является формальным и неприемлемым. Я предложил, чтобы сквер и прилегающая территория стали предметом отдельного открытого архитектурного конкурса. Это предложение было поддержано Вяткиным.

6. Переход между ЦУМом и Пассажем

Застройщиком был показан вариант перехода между зданиями ЦУМа и Пассажа (в этом переходе тоже предполагаются магазины):

Особых симпатий эта идея не вызвала, так как такой переход полностью визуально перекроет Банковский переулок. Я также отметил, что он будет дополнительно затенять переулок, где и так останется не так уж много солнечного света. В этом смысле показанная визуализация является некорректной: солнечный свет не будет так освещать этот участок. В качестве возможного варианта одним из членов совета был предложен просматриваемый насквозь остекленный переход.

7. Террасность

Было несколько предложений отказаться от ступенчатой структуры здания. Я посчитал необходимым отметить, что по крайней мере нужно предусмотреть скошенную верхнюю кромку здания, так как это позволит увеличить инсоляцию сквера в дневное время. По отношению к «Пассажу» сквер находится с северной стороны и тень от здания будет падать на него большую часть дня.

Что дальше?

Совет прошел, замечания высказаны. Хотя решения Градостроительного совета носят рекомендательный характер, по-видимому, застройщик намерен в какой-то степени их учесть. На мой взгляд, сейчас необходимо сделать две вещи.

Во-первых, нужно, чтобы высказанные замечания были зафиксированы в виде конкретного списка и опубликованы, а еще лучше – оформлены в виде техзадания на корректировку проекта. Пока этого не сделано. Во-вторых, необходимо добиться проведения еще одного заседания Градсовета, где проект был бы представлен еще раз, с внесенными изменениями.

Сегодня обсуждалось два вопроса: организация движения вокруг будущих торговых центров и автосалонов на Россельбане и транспортная ситуация вокруг «Пассажа». По первому пункту обсуждались детали устройства дублера основной дороги, с которого будет осуществляться подъезд к зданиям. Ничего особо интересного, поэтому перейду сразу ко второй части.

Докладчик от «Малышева 73″ представил транспортную схему, которую в принципе мы уже видели на планах: въезд в паркинг с Ленина, еще один въезд с Банковского и оттуда же подъезд грузовиков. Из неожиданного: малышевцы предлагают пешеходное движение по тротуару вдоль Ленина организовать через пешеходный мост высотой чуть более 2 метров – над въездом в паркинг. Также они предлагают установить светофор на перекрестке Ленина-Банковский и различные варианты переноса трамвайной остановки – в сторону ул. Хохрякова или на перекресток Ленина-8 Марта.

Въезд в паркинг с Ленина подвергся критике со всех сторон: в том виде, как он запроектирован сейчас, он не устраивает никого, кроме застройщика. По паркингу было предложено несколько вариантов решений: отказаться от паркинга вообще (Липович), чтобы не создавать дополнительную точку притяжения автотранспорта в центре; предусмотреть въезд с Ленина, но не перпендикулярный, а параллельный, не мешающий пешеходному движению (Вяткин); предусмотреть второй въезд со стороны Малышева (без сквозного проезда по Банковскому), увязав его со строительством муниципального паркинга под переулком (Швиндт, Старцев). Лично я склоняюсь к первому варианту – отказаться от паркинга вообще. Этот район обслуживается всеми видами общественного транспорта, это центральная пешеходная зона и, кроме того, в Банковском планируется муниципальный паркинг. Спрашивается, чего огород городить?

По подъезду грузовиков представители застройщика уверяют, что разгрузка будет производиться в подземном пространстве и исключительно в ночное время. На мой вопрос, почему вдоль «Пассажа» со стороны Банковского они не предусмотрели тротуар, я получил ответ, что проект еще в разработке и тротуар там будет.

Интересную идею по организации пешеходного движения озвучил Вяткин: предусмотреть сквозные пути в уровне первого этажа между углами здания, чтобы сделать его частью пешеходной зоны. Это перекликается с моим предложением по активизации первого этажа. Посмотрим, как это будет предложено в развернутом виде на Градостроительном совете.

В целом сегодня не было принято никаких окончательных решений. «Мастерская Генерального плана» должна к концу следующей недели разработать техзадание на разработку новой транспортной схемы. Малышевцы запросили 3 недели на работу по этому новому заданию, чтобы затем снова представить результаты на рассмотрение Транспортного совета.

Картинки с сегодняшнего заседания можно посмотреть по ссылке.

1. Активный первый этаж

Есть огромная разница между пассивным фасадом с 2-3 входами внутрь здания и активным фасадом с двумя десятками различных заведений, обращенных на улицу. Это разница между монофункциональным городским пространством, через которое люди только проходят, и многофункциональным, где люди проводят время: гуляют, общаются, отдыхают и т.д.  Само собой, второй вариант предпочтительней.

Большой торговый центр в центре города – решение в принципе сомнительное с точки зрения планирования городского пространства. Содержимое такого здания могло бы оживить несколько кварталов центральных улиц, не создавая при этом (благодаря распределению в пространстве) локального транспортного коллапса. При этом улицы являются визитной карточкой города, а внутренние галереи молла с первого взгляда не всегда отнесешь даже к какой-то конкретной стране.

Тем не менее, если уж торгового центра в этом месте нам не избежать, пускай он функционально оживляет хотя бы пространство вокруг себя. Входы во все помещения первого этажа при этом должны быть с уровня земли, чтобы не устраивать ступеньки и не городить пандусы.

2. Отказ от въезда в паркинг с проспекта Ленина

Один из въездов в подземный паркинг нового «Пассажа» предполагается сделать со стороны проспекта Ленина, между пространством ул. Вайнера и тем, что останется от сквера. Таким образом, сквер будет отделен от пешеходной улицы, а один из самых оживленных тротуаров в городе окажется рассеченным нерегулируемым потоком машин. Что такое выезд из паркинга в оживленном пешеходном месте, можно наблюдать у «Гринвича» со стороны ул. 8 Марта. Повторять эту ошибку абсолютно недопустимо, поэтому нужно добиваться пересмотра этого проектного решения.

3. Настоящий сквер

То, что сейчас предлагается нам в качестве проекта реконструкции сквера, является по сути неким формальным упражнением на заданную тему, не учитывающим ни реальные пути движения людей, ни различные варианты использования сквера. Например, большую часть пространства зачем-то занимают газоны, диагональных путей не предусмотрено и т.д.

На мой взгляд, нельзя относится к скверу, как к формальности или какому-то ландшафтному оформлению входной группы торгового центра. Даже небольшое общественное пространство может быть интересным и привлекательным, поэтому на реконструкцию сквера, нужно провести отдельный архитектурный конкурс и выбрать затем наилучший проект.

4. Нормальный тротуар в Банковском переулке

Второй въезд в паркинг нового «Пассажа» предусмотрен со стороны Банковского переулка. При этом проектировщики почему-то не посчитали нужным предусмотреть нормальный пешеходный тротуар. Это решение нужно исправить.

Более того, я считаю целесообразным убрать под расширение тротуара парковочные места в переулке Банковском со стороны нового здания и сквера. Или изменить их с перпендикулярных на параллельные. Въезд в переулок со стороны пл. 1905 года имеет смысл реконструировать в виде приподнятого пешеходного перехода, чтобы приоритет пешеходов, идущих вдоль проспекта Ленина, был очевиден.

А проектировщикам я хотел бы напомнить, что с прошлого года город перешел на новый принцип организации пересечений проездов и тротуаров – без прерывания тротуара.

5. Изменения в архитектуре фасадов

Оценивать архитектуру – дело субъективное. Тем не менее, есть один прием, который, как мне кажется, имеет смысл применить на фасадах нового здания. Если присмотреться внимательно к улице Вайнера, можно заметить, что значительная ее часть формируется двухэтажными зданиями. И даже более высокие дома №8 и №10 по Вайнера поддерживают этот ритм за счет выделения первых двух этажей здания (оба эти здания были в свое время надстроены).

На мой взгляд, такую ярусную структуру имеет смысл применить и к фасадам нового «Пассажа». Нижний ярус при этом должен быть более проработанным и материальным, а верхний – более простым и невесомым.

Такое решение позволит замаскировать реальные размеры здания и создать соразмерную человеку городскую среду. А те функции (магазины и кафе), о которых шла речь в первом пункте, будут выглядеть сомасштабно архитектуре и не будут казаться копошением карликов у подножия горы.

Это мои пять пунктов, которые бы я внес на рассмотрение Градостроительного совета. Полагаю, есть и другие. Присылайте свои преложения!

Фото: 66.ру

В Екатеринбурге сносят «Пассаж» – торговое здание 1925 года постройки, обладающее статусом памятника архитектуры. На его месте застройщик «Общество Малышева 73″ планирует построить торгово-развлекательный центр большей площади.

Стоит ли сводить дискуссию только к охране памятников?

В данный момент обсуждение этой и других подобных ситуаций идет почти исключительно в контексте охраны культурного наследия. На мой взгляд, этот подход слишком узок и ограничен, по нескольким причинам.

1. Следует признать, что для значительного числа людей вопрос охраны памятников является юридической абстракцией. Если им не нравится здание, то оно им не нравится, независимо от того, какую архитектурную или историческую ценность оно представляет. И чем более натянутым является статус памятника, тем больше появляется сторонников его сноса. При этом, люди эти совершенно не желают зла своему городу. Сводя все к вопросу охраны культурного наследия, мы автоматически выключаем этих людей из конструктивной дискуссии.

2. Сама по себе охрана памятников, с моей точки зрения, не является абсолютной ценностью. В конце концов, в течение тысячелетий города развивались не только вширь, но также и за счет сноса, перестройки и реконструкции. Старые здания уступали место новым и это полностью всех устраивало, так как у людей была уверенность в том, что новое здание будет лучше. Даже базилика Святого Петра в Риме – церковь с тысячелетней историей – была снесена в 16 веке, однако, никто сегодня не сожалеет об этом, поскольку новый собор Святого Петра был построен великими архитекторами Возрождения.

Этот негласный общественный договор, существовавший многие века, провалился в середине революционного для архитектуры и градостроительства 20 века, когда люди на практике убедились в том, что новая застройка может быть и существенно хуже старой.

Абсолютной ценностью, применительно к городской застройке, является качество среды, которую эта застройка создает. Все остальное, включая охрану памятников, является инструментами для достижения этого качества.

3. Сужение дискуссии до одного лишь вопроса охраны культурного наследия сводит взаимодействие застройщика и заинтересованной части общества всего к двум вариантам: «памятник сносится, общество проигрывает» или «памятник сохраняется, проигрывает застройщик». Учитывая специфическое состояние наших государственных институтов, неудивительно, что чаще реализуется первый вариант.

Такой узкий спектр возможностей превращает весь процесс согласования интересов в довольно короткую игру с нулевой суммой, проиграв в которой, общественность может только кусать локти. Хотя в реальности речь идет лишь о тактическом поражении применительно к конкретному инструменту – охране памятников. Однако, за горечью поражения и накалом страстей весь остальной потенциал создания качественной городской среды остается нереализованным, за исключением случайных находок застройщиков и архитекторов, которые впрочем случаются редко.

Исходя из приведенных выше причин, я попытаюсь абстрагироваться от вопроса законности или незаконности сноса большей части исторического здания и проанализировать проект нового «Пассажа», сосредоточившись на других аспектах, влияющих на городскую среду.

Чего требовать?

Существует мнение, что застройка участка по своему усмотрению является исключительным правом застройщика. В качестве пользователей будущих площадей мы можем высказывать какие-то пожелания, но в целом собственник в праве планировать их по собственному разумению. Это мнение верно, однако, есть один нюанс.

Как горожане и как налогоплательщики мы имеем полное право требовать от городских властей определенного качества общественных пространств – улиц, площадей, скверов  и т.д. Если задуматься, все эти пространства представляют собой разнообразные горизонтальные поверхности – вытянутые в случае улиц, или прямоугольные в случае площадей. Однако, такое изолированное их рассмотрение являются полной абстракцией. Чтобы горизонтальная поверхность стала пространством, ей нужно добавить третье измерение – высоту. Ни улица, ни площадь невозможны без зданий, которые их формируют (улицу без зданий уместнее называть дорогой). Особенно важны при этом первые этажи, так как именно через них происходит доступ в здания и именно они определяют характер среды. Таким образом, общественные пространства города состоят не только из горизонтальных поверхностей, находящихся в ведении муниципалитета, но и из вертикальных – фасадов зданий, принадлежащих (преимущественно) частным собственникам.

Общественное пространство является важной частью города. Как интерьер квартиры говорит многое о ее жильцах, а интерьер офиса – о компании, общественное пространство города многое говорит о нас, как о сообществе. Оно отражает наши ценности и проблемы, говорит о том, откуда мы пришли, где находимся, и куда движемся. А также это именно то пространство, где мы можем собираться, когда возникает необходимость, мирно и без оружия, что стало особенно актуальным в последние месяцы.

Исходя из этого, мы, как горожане, имеем по меньшей мере моральное право требовать от застройщиков, чтобы возводимые ими здания своим объемом, фасадами и конфигурацией первых этажей улучшали общественное пространство города, а не ухудшали его.

Что такое хорошо?

Звучит разумно и правильно, но каковы критерии оценки? Как определить хорошее и плохое пространство, и как сделать существующее пространство лучше? Поскольку город является средой обитания людей, возьмем человека, как инструмент измерения. Датский архитектор Ян Гейл, более 40 лет занимающийся изучением и проектированием общественных пространств, утверждает, что предметом наивысшего интереса для человека являются в конечном счете другие люди. Если показать группе людей фотографии пустынных улиц и улиц, где есть пешеходы, попросив выбрать более привлекательные, – большинство выберет фотографии улиц с пешеходами.

Этот принцип лежит в основе успеха уличных кафе. В Париже люди сидят за маленькими столиками на узком тротуаре не потому, что им нравится шум машин и выхлопные газы, а потому что оттуда они могут наблюдать жизнь города, бурлящую вокруг, имея при этом индульгенцию своей праздности в виде чашечки кофе.

Но является ли наличие большого количества людей на улице признаком того, что это хорошее пространство? Не обязательно. Каждый день множество людей выходит на улицу по необходимости: дойти до трамвайной остановки, чтобы поехать на работу; отвести ребенка в школу или детский сад; сходить за продуктами или оплатить коммуналку. Этих передвижений горожане не могут избежать, а потому они будут происходить в пространстве даже самого плохого качества.

Хорошее общественное пространство – это пространство, которое располагает к тому, чтобы остаться в нем, провести какое-то время, чем-то заняться: передохнуть на скамейке, встретиться с друзьями, прогуляться с девушкой, послушать уличного музыканта, посидеть за чашечкой кофе и т.п.

Пространство, в котором хочется провести время

Таким образом, требуя от застройщика, чтобы новое здание улучшало общественное пространство вокруг себя, мы требуем не того, чтобы оно было выложено брусчаткой или чтобы там стояли красивые фонарики или были клумбы с цветами – все это лишь отдельные элементы, ничего не значащие сами по себе.

Мы требуем, чтобы пространство вокруг нового здания располагало к тому, чтобы в нем хотелось остаться и провести время.

Первый этаж

Из всех элементов здания, влияющих на общественное пространство, первый этаж наиболее важен. Можно с уверенностью утверждать, что если первый этаж решен неудачно, оживить пространство будет почти невозможно. Хороший первый этаж должен быть активным, разнообразным и проницаемым. Помещения первого этажа должны иметь входы с улицы. Они должны быть нарезаны достаточно часто, чтобы на улицу выходило множество разных заведений. Перемещение между общественным пространством и помещениями первого этажа должно быть максимально облегчено.

Мягкий переход общественного пространства в частное

Что может находиться на первом этаже? Это могут (и должны) быть рестораны и кафе, выставляющие столики на улицу в хорошую погоду. Это может быть книжный магазин, выставляющий на улицу уцененные книги, когда есть возможность. Это может быть фермерский рынок, который будет по определенным дням расширяться на улицу. Наполнение первого этажа должно быть такое, чтобы оно могло расширяться в сторону общественного пространства и становиться неотъемлемой его частью.

Очень важен уровень пола первого этажа. В странах развитого капитализма считается нормой делать пол в коммерческих помещениях на одном уровне с тротуаром, с которого в это помещение входят посетители. Это делает перемещение между общественным и частным пространством бесшовным, увеличивает элемент спонтанности, а также позволяет избавиться от громоздких перил и пандусов. В хороший день двери могут быть полностью открыты, стирая границу между улицей и помещением. Кроме того, близкие отметки уровней пола и тротуара делают возможным появление такого элемента торговли, как витрина. Никакая витрина не будет выполнять свою функцию, если она поднята на 1-1,5 метра выше естественного уровня восприятия или отделена от пешехода пандусом для инвалидов.

Вход с уровня земли можно сделать даже при активном рельефе улицы

Посмотрим, как первый этаж решен в проекте нового «Пассажа». Имеющиеся рендеры и схемы показывают, что новый «Пассаж» планируется, как полностью интровертное здание, с двумя шлюзами доступа со стороны проспекта Ленина и Театрального переулка. Все помещения первого этажа ориентированы внутрь здания. В дополнение к этому уровень пола первого этажа поднят над уровнем тротуара на высоту двух ступеней. Кафе и рестораны (именуемые пренебрежительно «фудкортом») будут находиться аж на 4-м этаже.

К чему ведет такое решение, можно видеть на примере третьей очереди ТРЦ «Гринвич», построенного тем же «Малышева 73″. Что может более интересным, чем электрощитовая, выходящая на пешеходную улицу? Только въезд в подземный паркинг.

Унылая монотонность этого фасада прерывается только въездом в подземный паркинг

При этом нет никакой разумной причины, почему магазины на первом этаже не ориентированы на улицу. Торговый центр находится в центре города и мимо него ходит ничуть не меньше людей, чем по внутренним галереям. В этом есть только внутренняя логика собственника здания, который стремится максимально контролировать доступ в него.

Это касается не только магазинов, но и предприятий общепита. В размещении фудкорта на последнем этаже есть внутренняя логика застройщика, однако, для самих кафе и ресторанов в этом нет никакой выгоды, так как находясь в центре города, они тем не менее оказываются вне поля зрения значительной части людей. И уж тем более в этом нет логики с точки зрения создания привлекательного общественного пространства: улица Вайнера в районе «Гринвича» могла бы иметь вполне европейский вид, если бы кафе и рестораны выходили на нее, а не находились где-то в глубинах торгового центра.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод:

Новое здание «Пассажа» не будет работать на оживление общественного пространства вокруг себя, но будет высасывать из него активность, чтобы заключить ее внутри себя.

Сквер

Предметом отдельного раздражения для общественности является захват под строительство нового здания части сквера со стороны площади 1905 года. Застройщик в своем презентационном альбоме отдельно выделяет его, обещая превратить его в «очаг городской культуры», добавить новое озеленение и свет, а также поставить памятник старику Букашкину.

Звучит хорошо, однако, одних лишь новых деревьев, фонариков и памятника мало, чтобы создать очаг городской культуры. Как мы уже могли убедиться, новое здание никак не будет поддерживать это общественное пространство и «малопонятные компании» с бутылками пива не уступят место хипстерам, сидящям с айпадами в уличных кафе. Что будет происходить в этом сквере, что сделает его привлекательным для горожан? Этот вопрос остается без ответа. Более того, непонятно даже, как будет выглядеть сквер и прилегающие улицы после реконструкции.

Привлекательный дизайн - всего лишь один из множества компонентов, требуемых для создания работающего общественного пространства

Паркинг и подъезд грузовиков

«Пассаж» находится в уникальной для городского здания ситуации: он со всех сторон окружен общественными пространствами (сквером, улицей Вайнера, Театральным и Банковским переулками). У него нет заднего двора, а малые размеры участка не позволяют устроить внутренний двор. В связи с этим встает вопрос, как и где будет осуществляться въезд в паркинг и разгрузка большого количества грузовиков, требуемых для работы крупного торгового центра?

Общественное пространство в районе ТРЦ "Фан-фан"

В нашем городе мы уже имеем возможность убедиться, что разгрузочная площадка супермаркета может полностью уничтожить тротуар, превратив его в проход между грузовиками, а въезд в паркинг может стать настоящим испытанием для пешеходов. Каково решение этого вопрос в проекте нового «Пассажа» и не будет ли оно подрывать качество городской среды вокруг себя? На этот вопрос ответа нет.

Фасады

Отдельного упоминания заслуживает архитектурный стиль здания. Проект предусматривает сохранение трех фасадов исторического здания «Пассажа», которые якобы и представляют собой предмет охраны (так это или нет, пусть разбираются более компетентные люди). Было бы логично, если бы объем нового здания эти фасады подчеркивал, являясь для них своего рода нейтральным фоном. Кроме того, поскольку здание окружено пешеходными пространствами, ему не помешал бы отдельный уровень детализации на уровне глаз (люди редко смотрят вверх, – обычно вперед и чуть вниз).

В реальности же аляповатая поделка под классицизм, страдающая (видимо в силу интеллектуальной беспомощности архитектора) излишней детализацией, и несомасштабная ничему вокруг, будет подавлять не только исторические фасады, но и все окружающее пространство в целом.

Дополнительная детализация первого этажа помогает создать человеческое измерение пространства

Процедура

Рассмотренные выше отдельные вопросы, касающиеся нового здания, неизбежно ставят перед нами более общую проблему процедуры утверждения проектов в городе. Почему мы вынуждены иметь дело с одним проектом одного архитектора, который представляется нам как безальтернативный? Почему в процессе проектирования здания в таком значимом месте не было проведено никакой работы с общественностью? Кого представляет градостроительный совет Екатеринбурга, который, по идее, должен был утверждать этот проект? Каким образом люди в этот совет попадают и можно ли их считать компетентными в вопросах градостроительства, если через их одобрение проходят такие проекты, как новый «Пассаж»?

Совершенно очевидно, что город нуждается в институте публичных слушаний по новым проектам. Существующая система кулуарного принятия решений себя исчерпала и потеряла всякое доверие горожан. Проекты при этом должны представляться на конкурсной основе, а не безальтернативно, чтобы городское сообщество могло выбрать лучший из нескольких вариантов.

Вывод

Подводя итоги, я бы хотел призвать людей к следующему:

1. Вне зависимости от судьбы исторического здания «Пассажа», не опускать руки и продолжать активность по этому проекту. Даже если историческое здание будет полностью потеряно, останется еще масса вещей, которые мы можем сделать, чтобы улучшить новое здание.

2. Настаивать на том, чтобы новое здание подчинялось не только внутренней логике застройщика, но и логике развития общественного пространства города.

3. Всеми доступными способами пропагандировать необходимость создания в городе легитимного института принятия решений по застройке.

.

P.S. Если вам нравится эта статья, пожалуйста, помогите ее распространить.

Так, например, в Академическом районе первые в городе велосипедные дорожки заканчиваются при подъезде к перекресткам. Предполагается, что велосипедист должен перед перекрестком спешиться и перейти проезжую часть в качестве пешехода, ведя велосипед рядом. Это, с одной стороны, подрывает удобство использования велосипеда, а с другой – подталкивает велосипедиста в юридическую ловушку, так как если он не спешится и попадет на перекрестке в ДТП, он окажется сам виноват.

Организация движения велосипедистов на перекрестках является краеугольным камнем, без которого невозможно создание комфортной и безопасной велоинфраструктуры. А раз у нас возникают с этим проблемы, уместно обратиться к лучшему опыту, который есть сейчас в мире – к голландскому, разумеется. Я перевел несколько роликов, посвященных этой теме и предлагаю их вашему вниманию.

Все три ролика принадлежат Марку Вагенбуру, чей YouTube-канал Cycling Infrastructure in the Netherlands я настоятельно рекомендую всем, кто интересуется темой велоинфраструктуры, наряду с блогом его коллеги Дэвида Хемброу A view from the cycle path, где даны дополнительные пояснения ко многим видео.

Проиллюстрирую первый из них примером конкретного ДТП, случившегося недавно на перекрестке Фурманова-Уктусская. Портал Е1 сообщает:

В четверг, 26 января, в 08:15, на перекрестке Фурманова-Уктусская, легковая иномарка сбила пешехода. Водитель на машине с места ДТП скрылся. Известно, что транспортное средство двигалось по улице Уктусской. При повороте налево, на улицу Фурманова, водитель, не предоставив преимущество в движении пешеходу, сбил его. Автомашина с места аварии уехала в сторону улицы 8 Марта. Сбитым пешеходом оказался мужчина 1963 года рождения. На месте ДТП его осмотрели медики, от госпитализации пострадавший отказался.

Подробности происшествия не сообщаются, однако, я возьму на себя смелость предполагать, что одна из причин, по которой был сбит пешеход, состоит в том, что водитель вошел в поворот на слишком большой скорости.

При повороте направо машины движутся вдоль бордюра, ограничивающего проезжую часть. И хотя строительные нормы и правила диктуют абсолютно антипешеходный и вполне шоссейный минимальный радиус закругления проезжей части в 8 метров, до некоторой степени и он способен ограничить скорость вхождения машин в поворот. При повороте налево, однако, на проезжей части по сути нет никаких элементов ограничивающих срезание водителями углов. Радиус поворота при этом может составлять 14-16 метров и выглядеть следующим образом:

По такой траектории машина может зайти в поворот на довольно большой скорости. Переходящий дорогу пешеход при этом оказывается в наибольшей опасности на середине проезжей части, откуда ему некуда деться. Особенно остро эта ситуация ощущается на Т-образных перекрестках, где поворачивающие налево не должны пропускать встречный поток машин.

Устройство островков безопасности может помочь справиться с этой проблемой:

Чтобы повернуть налево, водителю нужно объехать островок, замедлившись до более безопасной скорости. Пешеход при этом находится в безопасности на большей части своего пути через дорогу.

Второй довод в пользу островков безопасности состоит в том, что они акцентируют внимание водителей на перекрестках. Перекрестки по умолчанию являются наиболее аварийными местами, поэтому было бы неплохо, если бы водители были здесь более аккуратными и осмотрительными. Островки безопасности стимулируют водителей к этому, так как они сужают проезжую часть и вынуждают корректировать траекторию движения для проезда перекрестка:

Как было сказано в ролике про Париж в одном из предыдущих постов: «Единственный эффективный способ заставить водителя соблюдать ограничение скорости — это не полиция с радаром, а сама геометрия улицы, диктующая более аккуратный стиль вождения.»

Мне эта ситуация представляется совершенно абсурдной. И ГИБДД, и мэрия Екатеринбурга признают неудовлетворительной конфигурацию перекрестка, из-за которой женщина с коляской оказались для водителя грузовика в слепой зоне. Однако, ее все равно пытаются обвинить. Спрашивается, в чем? В том, что она не знала о существовании слепой зоны у грузовиков? Но она и не обязана была об этом знать.

В то же время мне непонятно, каким образом водитель грузовика оказался невиновным. Пункт 13.1 ПДД РФ четко гласит: «При повороте направо или налево водитель обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим проезжую часть дороги, на которую он поворачивает, а также велосипедистам, пересекающим ее по велосипедной дорожке.» Независимо от обстоятельств, водитель КамАЗа этот пункт правил нарушил.

Понимаю, что с помощью юридической казуистики можно прийти к любому выводу, однако, на мой взгляд, перед нами вопиющий пример непропорционального применения законодательства. Тяжелый самосвал и детская коляска явно находятся в разных весовых категориях, а с водителя грузовика спрос явно должен быть больше, чем с женщины-пешехода.

Вспоминая известную фразу «Заграница нам поможет!», должен сказать, что в каких-то вещах она действительно помогает. Так, например, в Нью-Йорке существует общественная организация, занимающаяся популяризацией различных идей по улучшению городской среды. В частности, они снимают видеоролики. Проект Streetfilms насчитывает уже несколько сотен роликов и я с удовольствием его рекомендую всем, кто знает английский. Для тех, кто не знает, я буду время от времени переводить интересные ролики.

Существуют, однако, страны, которые вступили на путь массовой автомобилизации раньше нас, прошли по этому пути какое-то время, но затем смогли осознать его ошибочность и вернуться к планированию, ориентированному на людей, а не на автомобили. Одной из таких стран являются Нидерланды. Марк Вагенбур смонтировал отличный ролик об истории одной из центральных улиц голландского города Утрехта, демонстрирующий, что количество машин на улицах может не только расти, но и уменьшаться вместе с объемом пространства, отведенного для их движения и хранения. Сокращение автомобильного пространства при этом не ведет ни к транспортному коллапсу, ни к остановке жизни в городе, а вовсе даже наоборот.

 
Более подробное описание изменений, произошедших в Утрехте и других голландских городах можно найти в блоге Дэвида Хемброу (на английском).

Скоростной автобусный транспорт также может быть интересен жителям Москвы. За истекший год в столице появилось большое количество полос общественного транспорта, однако, выделенные полосы – это лишь первый шаг на пути создания эффективной системы наземного транспорта, который сможет разгрузить переполненный метрополитен.